kuznec_d_k (kuznec_d_k) wrote,
kuznec_d_k
kuznec_d_k

чайка

Дюжо измок, - обложной-то долог!
Сохнуть к печи садись.
Ась? Кто есть званием? А-рни-то-лак?
Учисся в знатцы птиц?

Весь-ка сюды свой бушлат проплешный,
Будет к утру сухим.
Эва, с рубахи - анчутков тешит
Медный кромешник, - КИМ.

Дельно я нонеча спёк ковригу,
Накиселил овса!
Да не тушуйся, соплом не шмыгай -
Гость ты, хотя комса.

Лоб, вон, не крестишь, еврейчик чисто -
Выбрить бы пол-башки!
Видел я эдаких сицилистов,
Вместе этапом шли.

И на турме повидал прохвостов,
Вдоль их и поперёк. . .
Ась? Не расслухал, чево принёс-то?
Рыковки пузырёк?!


. . .Смолоду был я горяч и резов -
Каин во всей красе:
Из-за блядушки дружка зарезал
И на семёрку сел.

Жухли присяжные в душном зале, -
Вышли суду труды
В год, как скубенты царя порвали
Бонбою в лоскуты.

Знатно я спробовал скус плипорций -
Нерчинка, самый сок -
В строгое царствие Миротворца
Претерпевая срок.

Сперву всё бешного веретенил -
Мазался на отказ.
Но щелбануло меня виденьем
В карцере как-то раз. . .

Дало - как молоньёй в лоб из тучи!
Тихий с тех пор ходил,
Честь по печатному был выучен
И превзошёл Псалтирь.

Брызнул Господь Иордана воду,
Душеньку мне омыл!
В храме централа четыре года
Я выпевал псалмы, -

Батюшко ажно обнял за плечи,
Как я прощал турму!
Сослан сюды поселеньем вечным,
Скоро - конец ему.

Что ж пёс Пужицкер пожёг церквуху?!
Хмурисси? Не серчай.
Лучше, чево расскажу, послухай, -
Вспомнил один случай. . .

На поселеньи год-два, как чалясь,
Я нагулял мяса.
И учредило, чудя, начальство
Остров переписать:

Чтоб - как один - варнаки, да ходи
Были при нумерках, -
Тихо приехал на параходе
Писчик с материка.

Там шибко грамотный укумекал,
Выхитрил изворот:
Писчику в пашпорт занесть, что лекарь, -
Не калгашить народ;

Де, островник-то мозгою скуден,
Знаем их, недотёп -
Вздумают, что начертанье будет
На руку и на лоб. . .

Токмо народишко наш - варавва,
Каторгами учён.
Стукнул по сёлам набат гунявый:
"Тухлый мутняк - с врачом.

Кажинный день, при любой погоде, -
Ажно разов по сто -
В двери скребётся, к людям заходит
С толстой стопой листов, -

Назадавает вопросцев склизких,
Нюхом в бамагу - нырь
И сатанинскою самопиской
В ей цифиряет, хмырь.

Не доглядишь - морову-то язву,
Ну-ко, сыпнёт в корма?
Прётся в дома не за добрым, ясно.
Ясно, не задарма."

Мало - молитвенных и опрятных:
В ставенку постучав,
Определил господин урядник
Мне на постой врача.

Разулыбал за усами губки
Язвенный кровосос:
"Вот-с вам изба прошлогодней рубки, -
Новая-с, без клопов-с.",

Без перерыву сурло набычил,
Мерина матеря
И укатил на рессорной бричке
В сумерок сентября.

Не улыбались моргалки гостя. . .
Вдваивалось в лицо,
Сев стрекозицей на переносье,
Цепкое стеклецо

И - задавив узелком навечно
Взлётный её позыв -
Падал снурок по скуле, - с колечка
В крылушке стрекозы.

Вовсе стемнело. Зажёг лучину,
Налил томлёных щей,
Для ширины обе лавки сдвинул,
Сенник подбил толщей,

Новый тулупчик (ни дни не ношен!) -
Гость чтоб не колодел -
Сверху поклал: "Господин хороший,
Завтра воскрёсный день,

Так что лежи-почивай безбедно,
Тёплость - способа сну.
А не расслухаешь звон к обедне,
Дык - за плечо трясну. "

Он, колупая капусту взглядом,
Будто узря возгрю:
"Нет, - отвечает - будить не надо, -
Выдохся, отосплюсь".

Щи, сиротясь, простывали в миске
(Рыбные, не бурда!).
- Э, да ты, часом, не итиист ли?
- Как? Итиист? Ну да.

Где ж вы узнали такое слово?
- Знание есмь печаль:
Ох, как немало голов бедовых
Я на турме встречал. . .

Был и такой. Ажно - зявки пучил,
Мудрственностью ретив;
Всё не желал "доходить до ручки" -
К исповеди иттить.

Знай, бушевал: "Я один здесь - зрячий!
Ладан - туманит ум!"
А отсчитали полста горячих -
Первый побёг к попу.

- Что ли - раздумчиво заключил он -
Жопу себе посечь?. .
Я промолчал, поменял лучину,
Да и полез на печь.

Заполночь слышу (неужт зазябнул?) -
Охнул, на лавке сел.
- А подскажите-ка мне, хозяин,
Как здесь насчёт гусей?

- Не повечерял, теперь мечтаешь:
"С голоду - дай гуся!"
Разная птица была, так в мае ж -
Переколела вся.

Восемь несух с топтуном в закуте
Схохлились, как с тоски.
И на селе - где теперь те ути,
Кокоши, гусаки?

Всех положило манжурной дрожью -
Квёлостью, злой зело.
Ажно голубчика - птичку божью,
Начисто извело.

Кура ведь что? С ей - бульёнцу нежность;
В гусе челебность - жир;
А голубков забубёнец держит
Для широты души, -

Для гулеванной, раздольной шири,
Чтоб - сквозь двуперстый свист -
Видеть, как сизый табун кружит и
Звонко взмывает ввысь!

Эх-ма, могильник домовой птице, -
Всю дрянный ров сжевал.
Дикая крепше: орёт, гнездится,
Сколь ни на есть - жива.

Вона, у кекура, по-над бухтой,
Ихный шумной базар:
Яйцы сбираешь, терзает слух-то
Ор топорков, гагар. . .

Дык, на вершинной, с шесток, лужайке -
Обозревая дол -
Угнездовалась ручная чайка
(Ёйный, то бишь, кобёл).

Перед скончаньем Иван-Смотрило -
Летось в своих сенцах -
Мелкую рыбку сувая в рыло,
Выпестовал птенца;

А старожители-каторжане
Жига, Гультяй, Корней -
Опогремушили Дятлом Ваней
В память о пахане.

(Сам-то вдруг сверзнулся с колокольни -
Вёл сизокрылкам счёт.
Блызнул, кликуху для птахи вольной
Не догадав ещё. . .

Пятый венец мы тесать зачали,
Слышим, у церквы - шмяк!
Ну, заодно, и армяк-дощаник
Сплотничали, коль так.)

Всё по понятьям в душе невинной:
Впал махолёт в печаль, -
Вихрем кружился над домовиной,
Жалисно верещал

И - вслед за чайкой - вздыхая тяжко,
Кажный варнак грустил:
"Достопочтеннейший был папашка,
Волость держал в горсти."

С тех похорон - по утряной рдяни,
Только взойдёт заря -
Выкормыш крест-намогильник дятлит,
Мёртвенькова зовя;

После уходит - позвав-постукав -
На круговой облёт,
А - Дя-я-ятел Ва-а-аня-а! - шумнёшь, - под руку
Сринет и рыбки ждёт.

Что ты! Ён аж в ураган-падеру
К кладбищу парусит!
Слаб на одно: знай, харчит не в меру
Прелую иваси.

Наша-то - вашей сельдюхи хлеще!
Лакомей, чем залом!
Гля, от луны - чешуями блещет
В кадочке под столом. . .

Свежепросоленная - пожиже,
Чюйственность в ей не та.
А засмердится - персты оближешь,
Скусная, что беда:

Оконоплянить стервянку маслом,
Кинуть лучку - колец. . .
Но нет лутшей - душноватой, квасной -
Для утомлённых щец:

Доброй крошонке придав сельдинок
(Фунта на два - пяток) -
Сунь старопрежний горшок из глины
(Токмо не чугунок!)

Утренной топкой, подале устья,
В самую глубь печи;
Пусть за заслонкой, мягчась и густясь,
Изопревают щи.

Снову взогрей их вечерним жаром
(Лишь не до пузырей)
И - благодатных парным наваром -
В мису мечи скорей!

Стылых - ни-ни. За такую ересь -
Махом меж глаз печать! . .
- Что же, я с вашим рецептом сверюсь.
Впрочем, давайте спать.

Как уходил, - он сопаткой хрюпал,
Словно подсвин в копне.
Вдарили благовест - лишь тулупом
Кунпол укрыл плотней.

Печь, распотешась, дышкантом пела, -
Колокол бил - бася. . .
Перед обеднею, ясно дело,
Щец не хлебнул, - нельзя.

. . .Сыпал трезвон - заводной и звонкий:
Чуть не пускаясь в пляс,
Пёр я обратно к своей избёнке
Тайнами причастясь.

Сивер вдали и за шкиркой шарил,
Но - утепляя Всё -
Ждал под божницей воскрёсный шкалик,
С пятницы припасён.

По дерговищу стеги излуку
Я скоротил рысцом,
Чтоб - перепрянув через приступку,
Вскинувшись на крыльцо -

Вдруг осадиться, гладь лба морщиня:
Шиворотом к углу,
С чаячьим белым пером в овчине -
Спал на полу тулуп.

Длинные полы обмякли плоско,
На бахтарме подсох
(Но дошибал ветерком до носа),
Скапавшийся рассол

И - вопрошающе рот разинув,
Крик в немоту сорвав -
Солёноглазая ивасина
Лезла из рукава.

Тут мне причудилось: взрезан пузом,
Писчик в избе лежит. . .
- Батюшки-светы, неужт - хунхузы
Взяли врача в ножи?!

Трудно отняв пятерни с балясин,
Выдохнув посильней,
Тронул я, крепко перекрестяся,
Скриплую дверь сеней,

Та - распахнулась. Вихрь перьев драных. . .
Взмахи аршинных крыл. . .
Чайку по имени Дятел Ваня -
Гостюшко петушил.

Мне и доныне тот день не спрятать
За томнотою дрём:
Вот - ускользает летец пернатый
В яркий дверной проём;

Вот - над погостом, крича как пьяный,
Вьётся, не смеет сесть
(Чтоб, вишь, могилку не оподлянить,
Не подзашкварить крест);

Вот - он поднялся, печаль помыкав,
К солнцу; на миг повис,
Мятые крылья сложил, без крику
Камнем понёсся вниз

И, только я, да в слепящий колер
Вычищеный пятак, -
Слышат у смолкнувшей колокольни -
Тихий, тошнотный шмяк.

. . .Ентот съезжал - улыбался, сволочь,
Синенькую подал:
"Малая мзда за тулупчик ловчий, -
Перепятнал, балда!"

Из-под стекляшек смеялись зырки. . .
Выжила стрекоза:
Мог я по ей шибануть запиркой,
А - бамажонку взял.


Вот и рассвет. Дождичок - отсеял,
Хмарь - в окиян ушла.
Всё, арнитолак, вали отселе,
Высохнул твой бушлат.



Tags: поэзии чистый родник
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
  • 67 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →